Фансина — бедуинское искусство

Среди древних и мощных Синайских гор петляют каменистые тропы, проходят вади, ущелья, и все ведут к горной деревне. Поселок Сант-Катрин на первый взгляд кажется затерянным среди синайских вершин и песков. Но это только так кажется. Сант-Катрин – духовная и смысловая столица Синайского полуострова, центр паломничества народов со всего мира. Люди здесь жили с глубокой древности: библейские мадьянитяне, моавитяне, набатейцы, неизвестные семьи кочевников, сейчас – бедуины племени джебелейях. Христиане первых веков нашли здесь тишину и убежище от гонений. Эти места объявлены Юнеско в 2002 году Достоянием Человечества за их историческое, культурное и природное значение.

Жизнь бедуинов сегодня почти не изменилась. Появились мерседесы, мобильные телефоны и ноутбуки. Но сам уклад жизни, её равномерное течение, связь с небом и землей, семейные ценности остались такими же, как тысячи лет назад. Хлеб дома пекут вручную на железных листах или запекают в костре, солят оливки, пасут коз, разводят дома огонь, растят детей и договариваются о свадьбах.

Мужчины-бедуины заняты с туристами в качестве проводников, продавцов, водителей и переводчиков. Днем вСант-Катрин протекает обычная жизнь, оживляется торговля свежим хлебом и овощами, дети кучками идут в школу и вечером юные гиды-бедуины курят кальян и пьют чай перед ночной работой на горе Моисея.

На улицах редко встретишь женщин. Они почти никогда не выходят из дома. Разве только навестить друг друга или родителей. Многие из них весь день проводят в горах, выводят на пастбище коз, а сами сидят в тени под камнями и собирают дикие травы.

Женщины – скрытая, незримая, загадочная часть жизни деревни Сант-Катарин. Их нельзя фотографировать, не многие из них откроют лицо даже дома перед гостями, они не участвуют в разговоре. Их внутреннее зеркало только отражает весь этот мужской, казалось бы, мир, и, отраженный, он приобретает уже совсем другие черты.

Одна из граней творческого преображения мира – вышивка бисером и нитками. Когда-то это было просто домашней работой отдельных бедуинских женщин. Они вышивали тканевые мешки для круп и трав. Они делали это для самих себя, внутри дома и семьи. Сегодня, во времена пластиковых пакетов и контейнеров это занятие было почти забыто.

Идею сохранения и возрождения техники синайской вышивки подала одна американка профессор из Американского университета в Каире. Она обратила внимание на прекрасные вышитые мотивы на одеждах бедуинов и на мешках для сахара. С 2000 года это творчество становится уже движением. Иностранными организациями были вложены средства и многие бедуинки включились в работу. Были найдены вышивки старых одежд и тканей, рисунки и технику взяли у пожилых бедуинских женщин. Постепенно из домашнего ручного труда появился целый стиль. Сегодня это называется фансина – ручное искусство синайских женщин. Они шьют и вышивают сумки, сумочки, торбочки, кошельки, пояса, наволочки, шторы. И даже если вы не пользуетесь этими предметами, не носите этнический стиль одежды, на все эти вещи приятно смотреть, перебирать глазами узоры. Они завораживают, как синайские горные просторы. Они остаются в памяти как нечто глубокое и ускользающее, как что-то подлинное и исцеляющее. Гармония и простота, радость о мире проявляются в каждом рисунке.

Не это ли тот самый исконно женский способ поддержания и преображения мира.

В вышивальных мотивах можно разглядеть всю окружающую природу – травы, солнце, на ранних работах — животных и птиц, ночные звезды, плоды и еще не созревшие семена, разноцветные мандалы. Сочетание цветов в основном земельных оттенков. Но иногда встречается и разноцветный взгляд на мир. А иногда можно выделить настоящий арт-объект. От таких работ невозможно оторвать взгляда. И все это трудно описать словами, как все иррациональное — музыку, поэзию, как молитву и любовь. Но можно просто смотреть и наполняться.


Мысли в пустыне

Синай, Синайская пустыня – территория особых глубоких и сильных энергий. Это не пустыня в прямом смысле, где ничего нет, и ничего не растет. Пески и камни, камни и свет, Свет и Тень, многообразие форм и конструкций — целый мир, где нет ничего лишнего и достаточно всего для жизни, дыхания, творчества. Границы красок здесь явные, заметные и при этом не конфликтующие. Они как раз и создают то обворожительное разнообразие и сказочность.

Каждую минуту глаз наслаждается простотой, гармонией и красотой. Спектакль света и теней идет здесь непрерывно. Сладкие, карамельные горы, бирюзовые тени в обрамлении облаков, дюны, как запеченная меренга, синайское кружево ячеистого выветривания. Все живое! Это просто медленные формы жизни, но они живые.

Пустыня исцеляет – от страхов, тревог, круговоротов мыслей, ненужных схем и шаблонов, запутанности сознания. Заставляет двигаться в потоке и в гармонии с миром. В ее пространстве не остается места для временного, мимолетного. Временных чувств, временных состояний, вещей – все унесет ветер, засыплет песок, испепелит солнце. Время прячется в песках, пересыпая мгновения, перебирая пространство. Устремленность наполняет ветер и утекает в вечность, оборачиваясь любовью.

Небо и земля проявлены здесь в одинаковой силе, и человек оказывается на границе миров, что невозможно не заметить, и это можно выдержать только в своей подлинности. Пустыня пустая, да не пустая. Здесь поднимается энергия свободы, любви и творения. Человек здесь приходит в себя, в свой истинный масштаб, вспоминает себя, просыпается какая-то космическая, божественная способность жить, общаться с Всевышним и творить из ничего.